Диагноз — "космический пессимизм": почему Лавкрафт оказался одним из главных пророков XXI века

Миром правят стихийная случайность и абсурд, перед которыми человек бессилен. Эту мысль, ставшую, пожалуй, главным диагнозом нашего времени, еще сто лет назад сформулировали два культовых писателя современности: чех Франц Кафка и американец Говард Филлипс Лавкрафт, родившийся в этот день, 20 августа 1890 года. Кинокритик Алексей Росовецкий попробовал разобраться, почему в XXI веке слепой хаос "вселенной Лавкрафта" пугает нас куда сильнее тотальной кафкианской бюрократии и при чем здесь конспирология.

Как всегда, в гостях смотришь, что у хозяев на книжных полках. И каждый раз с удивлением видишь там томики Лавкрафта. Я понимаю, если это книги актуального Лю Цысиня, в самом деле гениального Теда Чана или романы Филипа К.

Дика, которые сам иногда перечитываю. Труднее понять, что сегодня можно найти для себя интересного в архаичных, довольно однотипных и бедных по языку новеллах Лавкрафта, который годами обыгрывал один и тот же мотив? Но его книги все равно продолжают читать даже в XXI веке. Изучив биографию Лавкрафта авторства Спрэга Де Кампа и перелистав так называемый "канон": "Зов Ктулху" (1928), "Хребты Безумия" (1936), "Цвет из иных миров" (1927) и "Морок над Инсмутом" (1936), несмотря на все их однообразие, кажется, я понял причины его непроходящей популярности.

И почему книги Лавкрафта так популярны именно сейчас. Лавкрафт по-настоящему пугает своих читателей не монстрами. Главный ужас, который транслируют его книги — это абсолютное равнодушие Вселенной к человеку.

Ктулху намного страшнее привычных нам демонов потому, что с ним невозможно вступить в привычные отношения "добро/зло". Для древних сущностей Лавкрафта существование человека просто не имеет значения. Человечество — далеко не венец творения, а всего лишь